Экспертный опрос с элементами анализа о предстоящих парламентских выборах в Кыргызстане и ожиданиях избирателей

Директор исследовательского центра «Аналитик» (г. Екатеринбург) Андрей Мозолин презентовал экспертному сообществу Кыргызстана результаты исследования, основанного на данных проведенного в ноябре опроса. Организаторам опроса было важно получить картину по наиболее значимым и актуальным вопросам. В первой части мы рассмотрели оценки социально-экономической и политической ситуации в стране.  Директор центра «Аналитик» попросил кыргызских известных политологов ознакомиться с данными опроса и подтвердить, либо опровергнуть отмеченные политические угрозы и настроения в обществе. В свете будущих парламентских выборов представляет большой интерес отношение общества к участию в выборах, политические предпочтения и ожидания.

Кто кого и почему выбирает?

Мы считаем наш Кыргызстан демократической страной и гордимся тем, что Мы выбираем «слуг народа». Но народные избранники считают иначе? Или как еще можно прокомментировать эту картинку?

Если 76 процентов респондентов считают, что результаты выборов не отражают мнение народа, тогда что это за выборы? Может, народ на выборы не ходит? Но вот данные следующего опросника говорят о другом: что более половины респондентов участвую в выборах, а треть опрошенных хотя бы редко, но их посещает. А в предстоящих парламентских выборах готовы принять участие более 70 процентов респондентов! И всего менее 20 процентов их проигнорируют. Российского эксперта такая цифирь очень сильно озадачила!

— Если каждый голос стоит до 50 долларов, то грех отказываться от такого заработка, — грустно пошутил политолог Денис Бердаков. Шутку оценили и все дружно посмеялись над традиционной забавой под названием «выборы».

— Но по статистике приходит на выборы менее половины избирателей, — опустил всех на землю Шерадил Бактыгулов. – Я считаю, что диаграмма участия людей в выборах отражает реальную ситуацию.

— У нас люди не связывают выборы с изменением своего благосостояния, — предположил Игорь Шестаков. – У нас положение такое – просто голосуют за своих, кого знают, кто из их региона, а не за партийную платформу. Люди порой даже не знают, от какой партии идет человек, что это за партия.

— В России выборная ситуация более-менее прогнозируемая. Мы знаем регионы, где традиционно сильны позиции коммунистов, или либералов, или «Единой России», — комментирует данные Мозолин. – Но в Кыргызстане ситуация с партиями вообще непонятна! Вот какую картину мы получили. Почти половина респондентов «еще не определилась» в своих партийных предпочтениях. Более 40 процентов отметили партии, которые вообще вряд ли могут рассчитывать на проходной балл. А из старых партий и партий, которые сейчас в парламенте, судя по предпочтениям, вообще картина не ясна. Таким образом, получается, что почти 80 процентов избирателей еще не знают, какой партии отдадут голоса.

Для российских экспертов наша партийная система выборов в Жогорку кенеш – это уравнение с массой неизвестных. Какие принципы и тенденции  здесь работают? Очевидно, что классические схемы партийного строительства в Кыргызстане не осуществимы. Но ведь важно понять, какие механизмы приводят в высший законодательный орган страны людей, которые нередко вообще понятия не имеют о том, для чего они сюда пришли? Кыргызские эксперты знают эти механизмы, но как-то не очень хочется их раскрывать перед российскими коллегами. В России более изощренные схемы проникновения во власть. У нас в Кыргызстане порой все предельно просто: на какую партию упадет взгляд главы государства – туда и побежит политически смышленное большинство претендентов на мандаты. Пока отмашки Белого дома не было, все в напряжении находятся на низком старте.   

— Картина, тем не менее, знакома и россиянам, — утверждает Мозолин. – Когда в Приморском крае на выборах губернатора победил представитель ЛДПР, то позже «Единая Россия», потерявшая административный ресурс, вылетела из законодательного собрания. Я думаю, что и у вас, как только будут заданы ориентиры, то картина сразу поменяется.

— У нас не раз уже так происходило, что большим влиянием на местах пользуются региональные партии, — вспомнил Игорь Шестаков. – И даже партия власти – СДПК – проигрывала местные выборы этим региональным партиям.

 Новый год как самый эффективный способ снятия напряженности

— Следующая диаграмма характеризует состояние в Бишкеке, пик находится между «терпимой» и «напряженной», что с точки зрения конфликтолога заслуживает внимания, — комментирует Мозолин полученную кривую, — Исследования в некоторых городах России показывают сдвиг этой кривой в сторону «взрывоопасной», что требует уже незамедлительного вмешательства в процессы. В вашей ситуации данная кривая говорит о том, что общество находится в состоянии относительного спокойствия. Нужно отметить, что эта кривая характерна для минувшей осени. Зимой, скорее всего, она не изменится, а для весны характерно повышение «напряженности», как и в периоды различных политический кампаний.

А каково восприятие ситуации в праздники? Особенно в Новый год?

— Мы исследовали эти периоды и получили довольно интересные результаты, — сказал российский эксперт, — Народ расслаблен, позитивное настроение зашкаливает. Все воспринимается несколько иначе, чем в будни. Кризис в такие дни уже не кажется таким тяжелым. После Нового года идут не менее значимые праздники, как светские, революционные, так и чисто религиозные, которые снимают значительную часть напряжения в обществе. И вот следующая диаграмма очень наглядно иллюстрирует ожидания людей:

Почти треть опрошенных верит, что изменится в лучшую сторону. А 39 процентов просто затрудняются ответить. Это достаточно позитивный результат. Число пессимистов не превышает трети респондентов. Следует учесть, что из числа тех, кто считает, что их положение не изменится, на деле вряд ли хотели бы каких-либо изменений в силу того, что их и так все устраивает.

Хочет ли народ еще одну революцию?

— Любые спонтанные акции протеста носят эмоциональный характер, — считает Андрей Мозолин, — В анкете мы попытались выяснить, какое настроение преобладает сегодня среди ваших родных, друзей, знакомых – спокойное или тревожное? 87,3 процента респондентов ответили, что «тревожное», и 12,7 процента – «спокойное». Далее мы попытались выяснить реакцию респондентов на протестные акции против власти и ее сторонников, и получили неожиданную картину:

— Третий вариант с 57 процентами нас озадачил, — признался Мозолин. – А второй с 19,8 процента опрошенных насторожил. Почти пятая часть респондентов готова участвовать в митингах протеста против власти – это очень много. Это соотношение объясняет предыдущие таблицы рейтинга недоверия властям, особенно парламенту страны. И следующая таблица показывает, что на самом деле высок процент тех, кто готов принять участие в митингах протеста.

По мнению российского эксперта, эти 23 процента – очень тревожный показатель. Кыргызские эксперты вспомнили, что и в 2005, и в 2010 года в так называемых революциях приняли участие сравнительно небольшое число граждан, но и этого количества протестующих хватило для свержения власти. Андрей Мозолин подтвердил сомнения кыргызских политологов: когда дело доходит до реальной ситуации с протестами, то эти 23 процента нужно поделить на 5. Но и 5 процентов активных протестующих могут натворить много бед.

Опять же, если пристально рассмотреть ситуацию на Украине, то и там даже меньшие пропорции экстремистов к разумному большинству тормозят принятие многих важных решений для всей страны.

— Если посмотреть на расклад сил в России, то у нас даже в самых проблемных регионах едва ли наберется даже 7 процентов людей, готовых выйти на митинги протеста, — признался Мозолин. – Это говорит не об издержках демократии, как некоторые политологи думают, а свидетельствует о том, что граждане видят иные пути решения проблем.  

В Кыргызстане участие в митингах и демонстрациях нередко объясняется не только серьезными проблемами во взаимоотношениях граждан с властными структурами, не только стремлением просто заработать на этих акциях, но в гораздо большей степени сформировавшимся общественным мнением героизации участников революции. Особенно в этом преуспели в период правления Алмазбека Атамбаева. Герои Апрельской революции были почитаемы и уважаемы, и остаются по сей день в статусе героев. На этом фоне героизации революционеров трудно даже предположить, что неучастие в митингах может быть позитивно расценено обществом. Общественный наблюдательный совет при ГКНБ еще в 2011 году предлагал отказаться от героизации участников Апрельских событий 2010 года, видя в этом опасность повторения антиконституционных акций по свержению власти в стране. Но тогда об этом даже говорить боялись.

— Необходимо рассматривать эти результаты через призму предстоящих парламентских выборов, — уверен Игорь Шестаков, — Любые выборы – это стрессовая ситуация для общества.

— Любая проблематика может стать спусковым крючком для массовых протестов, — говорит Мозолин. – А выборы всегда актуализируют проблемы. И всегда во всех проблемах виновата власть! (См. таблицу по проблемам, которые могут вызвать митинги и протесты)

— Есть шероховатости в исследовании, но мне кажется, что основные тенденции верно схвачены, — дал оценку исследованию Шерадил Бактыгулов. – Группировка проблематики вполне корректна.

На этом бы и поставить точку. Но мы попросили российского эксперта дать оценку двум тенденциям, характерным для России и Кыргызстана, которые в корне отличаются одна от другой. Что представляется более предпочтительным и более эффективным в плане сохранения стабильности в обществе, укрепления демократических институтов, повышения ответственности власти перед избирателями: российская модель, которая воздерживается от критики предшествующего периода и прежних руководителей государства, сохраняя общие тенденции и достаточно долгую несменяемость лидеров (что характерно и для других государств бывшего СССР – Казахстана, Азербайджана, Беларуссии, и даже для Германии), или кыргызский вариант смены власти, когда каждый последующий глава государства обвиняет своего предшественника в серьезных преступлениях? Если мы говорим об ответственности власти перед народом, то кыргызский вариант кажется предпочтительнее, поскольку заставляет всех избранников народа задуматься о том, что рано или поздно им придется отвечать за все свои деяния, а также за бездействие там, где оно недопустимо.

— Я недавно был в Татарстане и отметил там такие тенденции. Они очень серьезно готовят кадры для ротации руководителей. Везде есть серьезная проблема – отсутствие профессионалов для руководства регионами. Найдите грамотного управленца хотя бы на должность губернатора. При этом в Татарстане не отказываются от преемственности, в том числе и по тем проблемам, которые оставил предшественник. Их будет решать новый руководитель. К сожалению, это не во всех российских регионах происходит, — дипломатично ответил Мозолин.

Преемственность власти основывается не только на подготовке грамотных управленцев, но в большей части на доверии электората этим управленцам. В Кыргызстане, наверное, уже нет такой площадки, где бы не подвергался жесткой критике управленческий аппарат практически всех ветвей власти. И главная претензия – это невысокий уровень профессионализма. Но если эта тенденция видна всем, то что же мешает исправить ситуацию? Как видно из таблицы протестной проблематики, мешает коррупция в органах власти. Вот и получается, что власть сама не может бороться со своими недугами. В такой ситуации новые протесты неизбежны. И корень всех бед лежит не за пределами страны, не в лице «третьих сил», а в самом сердце Кыргызстана…

Аркадий Гладилов,

Учредитель и редактор сайта POLIT.KG 

Читайте также: