POLIT.KG
Информационно-аналитический портал
  часы   Понедельник, 19 ноября 2018
RSS

О ситуации в Кыргызстане

07.11.2018 14:26
Президент Сооронбай Жээнбеков: Глубоко прочувствуем многовековую великую историю нашей страны, свято сохраним национальное достоинство!

Президент Кыргызской Республики Сооронбай Жээнбеков  7 ноября, в связи с Днем истории и памяти предков посетил мемориальный комплекс «Ата-Бейит», где прочитал молитву в память о предках и покоящихся там соотечественниках, возложил венки к памятникам и сделал обращение к народу Кыргызстана.

"Непростые годы в составе российской империи, национально-освободительная борьба 1916 года и великий исход — Уркун принесли нашему народу большие испытания.После победы февральской, затем Октябрьской социалистической революци 1917 года в России произошел резкий поворот в судьбе кыргызского народа. В 1924 году была образована автономная область, затем создана Кыргызская Советская Социалистическая Республика"


Погода в Кыргызстане

Курс валют

Кадыр Маликов: «Главная угроза - невежество»

21.02.2015 00:39 - Polit.kg
Кадыр Маликов: «Главная угроза - невежество»

Своими наблюдениями и соображениями относительно реализации принятой в конце прошлого года Концепции государственной политики  в сфере религии поделился cPolit.KGдиректор независимого аналитического центра «Религия, право и политика», известный исламовед Кадыр Маликов.

 

Насколько нам известно, до Нового Года, как это планировалось изначально, госорганы составить программу по реализации Концепцию государственной политики в сфере религии не успели. А как обстоит дело сейчас?

Сам я непосредственно в разработке не участвую, оказываю только техническое содействие, но знаю: реализация программы уже началась. Проводятся семинары, круглые столы, ведётся просветительская работа. Задействованы все: от Министерства экономики до органов МСУ в каждом отдельном селе. Трудность состоит в нехватке экспертов и ограничениях по времени. Чтобы это не было одноразовой акцией, нужны большие средства и целенаправленная подготовка кадров. Вчера мы как раз читали лекцию в воинской части Кой-Таш. В аудитории сидело много военнослужащих. Речь шла об ИГИЛ, объектах вербовки, опасностях для нашей страны. А когда пошли вопросы, выяснилось, что в армии идеологической работой — за отсутствием в государстве идеологии — никто почти и не занимается. При этом многие военнослужащие — люди верующие. Соответственно, встаёт вопрос об отношении армии к исламу. Как держать пост в условиях службы и в военное время? Как исполнять молитву? Как быть с халяльностью еды в солдатской столовой? Многие военнослужащие жалуются, что в российской армии есть полковые имамы (капелланы) и мечети, а в нашей — нет. Эти вопросы, которые сегодня игнорируются, могут очень остро встать завтра. Чем больше мы проводим таких встреч, тем больше набираем вопросов, с которыми государству надо срочно разбираться. В любом случае, армия без идеологии слаба. В Мосуле от четырёх сотен боевиков ИГИЛ бежала двадцатитысячная иракская армия. В этой связи мне кажется, что для армии следует разработать специальный устав, куда вошли бы, например, такие моменты, как указание на аяты Корана, предписывающие любить Родину, защищать её.

 

А каким образом формируется группа лекторов, занимающихся такой вот просветительской деятельностью?

Она формирует в частном порядке. Происходит всё так. Концепция утверждена, подписана Президентом, идёт работа по программе. И через некоторое время министерствам, другим органам приходит указание, пункт в плане — и они начинают звать экспертов из разных мест: из КРСУ, КТУ, «Манаса». И меня, в том числе,  привлекают. Конечно, экспертов не хватает. И потом, для работы на всех уровнях нужно время, желание, силы. А ведь деятельность наша не оплачивается. Соответственно, надо уметь заинтересовать тех же молодых специалистов, которые предпочитают сегодня заниматься чем угодно, только не участвовать в таких мероприятиях. Они, эти специалисты, есть, но в целом не востребованы. Их надо собирать. И мы как раз создаём сейчас такую независимую площадку, на которой постараемся объединить местных «шариатчиков» для проработки целого ряда вопросов шариата в условиях современного мира и с учётом национальной специфики.

 

Проводится ли просветительская работа в регионах?

Да, разумеется. Но, опять-таки, встаёт вопрос о финансировании. Этот фактор ограничивает, не позволяет проводить действительно широкую работу.

 

Претерпела ли изменения процедура переаттестации имамов мечетей?

Это уже, наверное, вопрос к муфтияту. Конечно, переаттестацию там уже провели — и достаточно успешно. Так как ДУМК не может «раскидываться» кадрами, оно поступило мудро: были подготовлены не только вопросы, но и ответы, которые рассылались по мечетям. Это давало возможность тем имамам, которые, может быть, хороши как люди, уважаемы общиной, но испытывают недостаток в знаниях, «подтянуть» этот момент. То есть переаттестация приняла ещё и некий образовательный уклон. В дальнейшем эту сторону надо развивать, добиваясь, чтобы священнослужители знали не только обрядовую сторону ислама, но и его политическую, правовую сторону. Исторически ислам — это государствообразующая религия. Это целая система, где есть и уголовное право, и международное, и экономика, — всё. Разбираться во всём этом надо для того, чтобы разоблачать искажения со стороны радикальных сил.

 

Есть мнение в государственных верхах, что переэкзаменовка имамов должна стать способом выявления экстремистских элементов? Насколько это вообще применимо в данном контексте?

Такое предложение было, но в реальности оно трудноосуществимо. Экзаменуемый всегда может скрыть свои убеждения перед экзаменационной комиссией. Соответственно, переэкзаменовка не может ничего гарантировать. Впрочем, это не беда. Отсеивать опасные элементы можно в процессе их работы. Для этого государственным органам надо быть чуткими к прихожанам отдельных мечетей, которые всегда могут предоставить для экспертизы аудио- и видеозаписи со спорными проповедями. Самое главное сейчас — вытягивать самих мусульман на более интеллектуальный уровень. Невежество — вот главная угроза. Именно невежество порождает возможность для разного рода манипуляций. Держать людей в невежестве — один из инструментов тирании.

 

В рамках реализации Концепции должны были получить более подробное разъяснение такие понятия, как «прозелитизм» и «настойчивый прозелитизм». Уточнено ли содержание этих понятий сейчас или они так и остаются размытыми?

Да, это подразумевалось Концепцией. Я считаю, что необходимо определить «настойчивый прозелитизм» как навязывание религии другому человеку. И это, конечно, должно осуждаться и запрещаться. Прозелитизм же как таковой — смена одной религии на другую — это право каждого человека. Тут даже с Шариатом нет никаких противоречий. Веру, согласно Корану, даёт непосредственно Аллах. Дело мусульманина — мягко призвать к религии. Поверит ли человек или нет — это личная ответственность каждого. Есть правило, основанное на аяте Корана, где говорится буквально следующее: «Нет принуждения в религии». В другом месте говорится, что если бы Господь захотел, то он создал бы человечество единой общиной с единой верой. Но он не хочет этого. Соответственно, наличие разных религиозных течений в мире — это испытания для человека.

 

Тем не менее, законодательно два понятия, о которых мы говорим, до сих пор не разграничены. А это создаёт много проблем...

Да, проблема — в расплывчатости. Но что поделать. Мы, эксперты, предлагаем какие-то нормы, а пишут законы и утверждают их уже другие люди.

 

Но сами Вы против того, чтобы запрещать любую проповедническую деятельность по отношению к представителям другой веры?

Конечно, против. Надо запрещать не проповедь, а настойчивые действия по вербовке и «перетягиванию» людей из одной веры в другую. Эта-то вербовка и создаёт проблемы, порождает конфликты на бытовом уровне. Главным принципом проповеди должно быть взаимоуважение, а не взаимоотрицание.

 

Как в этом контексте воспринимать норму относительно повышения минимального числа членов той или иной религиозной общины до 500 человек и штрафования всех, кто не дотянул до этого порога?

Есть, конечно, разные взгляды на эту инициативу. Я в целом проблемы тут не вижу. Мы всё-таки должны перестать играть в демократию. Если мы хотим свободы, то должны говорить и об ответственности. Некоторые страны Запада относятся к деятельности многих религиозных групп на своей территории довольно жёстко, а нас заставляют идти путём, не предусматривающим никаких запретов и ограничений. А ведь мы вправе, по крайней мере,  дать определение понятию «традиционная конфессия». В последней Концепции мы, впрочем, не стали этого делать. Но в будущем, может быть, дойдёт и до этого. Закон — это ведь не Коран и не Библия. Там можно менять всё хоть сто раз. В данный момент минимальное число членов общины — 300 человек. Придёт время — будет и 500, и 1000, а может быть, вообще никакого порога не будет. То, что имеет место сегодня — это временная норма. У нас много религиозных организаций. Все, кто только мог, приехали и зарегистрировались. Но кому-то этого кажется мало. У ряда организаций имеются большие планы по ведению миссионерской деятельности. На это есть конкретные указания. Например, в 2008 году было сообщение, что триста евангелистских церквей Центральной Азии объединились в некий союз и поставили перед собой задачу «евангелизировать» города Казахстана и Кыргызстана. Это подразумевает конкретную политику, стратегию. И вынуждает местных мусульман встать на защиту своей религии. Ограничение экспансии религиозных организаций, имеющих такие планы, - нормальная реакция со стороны государства и общества. 

 

POLIT.KG

Версия для печати   |   Просмотров: 2607   |   Все статьи

Мы и мир

23.03.2018 19:20
Учебники по истории должны отражать неразрывную связь  Крыма с Россией

Член Совета Федерации от Республики Крым Сергей Цеков принял участие в заседании «круглого стола» Российского исторического общества, посвящённого четвёртой годовщине воссоединения Крыма с  Россией и  презентации двухтомника «История Крыма», созданного Институтом российской истории РАН.           

Открыл мероприятие председатель Российского исторического общества Сергей Нарышкин. В работе «круглого стола» приняли участие директор Института российской истории РАН Юрий Петров, председатель Комитета Государственной Думы по международным делам Леонид Слуцкий, председатель Законодательного Собрания города Севастополя, председатель Совета отделения Российского исторического общества в Севастополе Екатерина Алтабаева, директор Центрального музея Тавриды,

Опрос



Главная